Констанс О`Бэньон - Невеста врага

— Ах, Элизабет, полно тебе слушать всякую болтовню. Меня, кстати, куда больше беспокоит, сможет ли эта миссис Робертсон как следует обставить дом, чем какие у нее виды на моего мужа. Ведь, насколько я понимаю, она проявляет интерес к переустройству Айронуорта.

— Не знаю, не знаю… Знаю только, что чем больше я на нее смотрю, тем меньше она мне нравится. — С этими словами Элизабет вернулась в дом, как бы предлагая Арриан подумать над ее предостережением.

При виде Мактавиша, беседующего с Майклом, Арриан просияла и легко сбежала с крыльца.

— Здравствуйте, Мактавиш! — издали крикнула она.

— Здравствуйте, здравствуйте, миледи! — Взгляд старого Мактавиша заметно оживился. — А вы, я гляжу, все хорошеете и хорошеете.

— Спасибо, Мактавиш. — Присмотревшись, она заметила свежий шрам на лбу и темные круги под глазами, как после болезни. — Но что это? Что с вами случилось?

— Это просто память о встрече с Йеном Ма-кайворсом.

— Что?! Вы хотите сказать, память о том дне, когда вы привозили в Давиншем мои вещи?

— Ничего страшного, миледи. На мне заживет как на собаке.

— И это еще не все, Арриан! — негодующе выпалил Майкл. — В тот день Йен переломал Мактавишу несколько ребер и высек его кнутом.

Но не успела побледневшая Арриан произнести ни слова, как великан-шотландец подхватил ее под руки и усадил в седло.

— За меня не беспокойтесь, миледи. Все уже позади.

Значит, Мактавишу пришлось вынести все это ради нее? Арриан продолжала смотреть на старика в немом изумлении.

Выехав из замка, они с Майклом перевалили через холм и спустились на песчаный пляж. Чтобы немного успокоиться, Арриан пустила лошадь вскачь по самой пенистой кромке, так что Майкл с трудом догнал ее.

— Арриан, ты что, хочешь сломать себе шею? — сердито спросил он, перехватывая у нее поводья.

— Ну и пусть, — сказала Арриан, когда их лошади перешли на шаг. — Мне все равно. Стоит ли дорожить этой жизнью, если все кругом на поверку оказываются обманщиками, все что-то скрывают, замышляют… Что это за страна, в конце концов?

— А мне Шотландия нравится.

— Мне она тоже нравилась, Майкл, но теперь и эта земля, и эти люди кажутся мне слишком жестокими. Вероятно, я просто идеализировала их, а с идеалами, как известно, нелегко расставаться.

Майкл проводил взглядом стаю летящих по небу гусей.

— Арриан, люди здесь такие же, как в Англии, не хуже и не лучше. Просто ты оказалась втянутой в их старинную родовую вражду и потому имела несчастье наблюдать обе враждующих стороны в их самых неприятных проявлениях. Что же касается идеалов, я бы посоветовал тебе забыть о них и искать радость в той жизни, которая окружает тебя.

— Йен кажется мне теперь настоящим чудовищем! — Она нервно повела плечом. — При мысли о том, что я чуть не вышла за него замуж, я готова кричать от ужаса. Он даже на расстоянии сумел разрушить мое счастье.

— Ну а Уоррик?

Арриан спрыгнула с лошади и пошла дальше пешком.

— Уоррик — человек непростой. Гнев и недоверие слишком глубоко укоренились в его душе. Я надеялась, что смогу ему чем-то помочь, но теперь вижу, что это невозможно. — Она вспомнила Луизу Робертсон и снова подумала об их отношениях с Уорриком, вслух же сказала: — А впрочем, не лучше ли нам с тобою выбросить все это из головы и проехаться по холмам, прямо по цветущему вереску?

Майкл был рад возможности хоть как-то отвлечь сестру от печальных мыслей.

— Хочешь наперегонки? Глаза ее лукаво загорелись.

— Это кто тут собрался меня обогнать? Ты, верно, забыл, что перед тобою победительница Равенуортских скачек?

Уоррик стоял возле одного из деревенских домиков, на котором латали прохудившуюся крышу, когда Арриан с братом показались на склоне холма. Завидуя близости между братом и сестрой, он проводил их глазами и снова вернулся к работе.

Он нарочно старался поменьше появляться в замке, чтобы Арриан легче было привыкать к ее новому положению.

Ради того, чтобы удержать ее, он готов был на все, даже на то, чтобы вовсе не видеть ее.

Глава 29

Лицо миссис Хаддингтон, подававшей ужин в малой столовой, было хмуро.

— А что, его милость не придет? — осведомился Майкл.

— Откуда мне знать, милорд? Он нынче домой не заезжал и ничего не передавал.

Арриан опустила глаза, чтобы Майкл не догадался, как сильно ее это задевает.

— Сегодня очень вкусная рыба, Хадди, — промолвила она как можно беззаботнее. — Я тут у вас в Шотландии все больше начинаю любить лососину.

Миссис Хаддингтон задержалась в дверях.

— Кухарка наша нарочно для вас расстаралась — знает, что у вас будет маленький.

Подождав, пока миссис Хаддингтон уйдет, Майкл спросил:

— Куда же все-таки подевался Уоррик? По-моему, после приезда мы его почти не видели.

— Понятия не имею, — сказала Арриан, отгоняя от себя навязчивый образ Луизы Робертсон.

После ужина Арриан поднялась к себе в спальню, где Элизабет помогла ей раздеться и лечь в кровать.

— По-моему, миледи, вы нынче еле на ногах стоите. Не надо бы вам больше до родов ездить верхом.

— Да, Элизабет, думаю, ты права. С завтрашнего дня буду ездить по окрестностям только в коляске или в карете.

Когда служанка ушла, Арриан долго лежала без сна и смотрела в темное небо за окном. Она все еще надеялась, что в душе Уоррика проснутся теплые чувства к ребенку, но надежд оставалось все меньше и меньше.

Наконец в доме все стихло. Веки Арриан постепенно отяжелели, и она уснула. Проснулась она от того, что из соседней комнаты донесся грохот и вслед за ним сдавленное ругательство, словно кто-то ходил в темноте, натыкаясь на мебель.

Арриан зажгла свечу и, выскользнув из-под одеяла, отворила боковую дверь. Пламя свечи осветило темные углы гостиной и фигуру Уоррика у окна.

Он смущенно обернулся.

— Простите, что потревожил вас. Я понимаю, здоровый сон для вас сейчас важнее всего.

— Я не фарфоровая кукла, Уоррик. — Она заметила в его руках бокал с какой-то жидкостью и догадалась, что это отнюдь не вода.

— Обычно я не пью в одиночестве, но, видите ли, сейчас у меня возникли кое-какие сложности… вот я и пытаюсь облегчить боль.

— Боль, милорд? Вы больны? Он немного помолчал.

— Возможно, я неудачно выразился.

— Я могу вам чем-нибудь помочь?

— Нет, Арриан, не можете. Ваше дело — сложности создавать, а разрешать их придется мне одному. Она растерянно заморгала от неожиданности.

— Уоррик, вы пьяны?

— О нет! Я еще далеко не так пьян, как хотелось бы.

— Я знаю, что причиняю вам немало неприятностей. Он осушил очередной бокал и только после этого взглянул на нее.